начал читать да так и не осилил. еще раз убеждаюсь что всему свое время под солнцем. Не время сейчас эту книгу читать. Вот дневники о. Сергея Булгакова (http://krotov.info/libr_min/02_b/bul/gakov_s_000.html)
стоит наверное читать сейчас актуальнее будет.

«Кончая день, вижу грехи его, грехи немощи, грехи слабости, грехи невоздержанности и грехи лености. И кто поможет мне от греха сего? И, вставая утром, вижу пред собой те же грехи, которые мертвым грузом своим лежат на совести моей. Господи, прости, облегчи раны души моей. Ты даешь мне еще и еще жизнь, даешь эти месяцы и годы, а я, окаянный, их испепеляю во грехах моих. Но Ты, Господи, упование мое, прибежище мое, щит мой, утешение мое. Тебе отдаю грешную душу свою».
о. Сергей Булгаков

http://www.krotov.info/lib_sec/12_l/lub/ov.html

«Изучайте людей, старайтесь пользоваться ими, не вверяясь им без разбора; отыскивайте истинное достоинство, хоть бы оно было на краю света: по большей части оно скромно и прячется где-нибудь в отдалении. Доблесть не высказывается из толпы, не стремится вперед, не жадничает и не твердит о себе. – Никогда не окружайте себя льстецами: пусть знают, что вам противны восхваления и самоуничижение. – Оказывайте доверенность лишь к тем людям, у которых достанет духа при случае вам поперечить и которые предпочитают ваше доброе имя вашим милостям. – Будьте мягки, человеколюбивы, доступны, сострадательны и либеральны; ваше величие да не препятствует вам добродушно снисходить к малым людям и ставить себя в их положение, так чтобы эта доброта не умаляла ни вашей власти, ни их почтения. Выслушивайте все, что хоть сколько-нибудь заслуживает внимания; пусть видят, что вы мыслите и чувствуете так, как вы должны мыслить и чувствовать. Поступайте так, чтобы люди добрые вас любили, злые боялись, и все уважали. – Храните в себе те великие душевные качества, которые составляют отличительную принадлежность человека честного, человека великого и героя. Страшитесь всякой искусственности. Зараза пошлости да не помрачит в вас античного вкуса к чести и доблести. – Мелочные правила и жалкие утонченности не должны иметь доступа к вашему сердцу. Великие люди чужды двоедушия: все низкое им противно.

Молю провидение, да напечатлеет оно эти немногие слова в моем сердце и в сердцах тех, которые их прочтут после меня.

Екатерина

«Характерной особенностью натур диктаторского типа является их прямолинейное и довольно бесцеремонное отношение к человеческой индивидуальности, люди превращаются для них как бы в алгебраические знаки, предназначенные быть средством для тех или иных, хотя бы весьма возвышенных, целей или объектом для более или менее энергичного, хотя бы и самого благожелательного, воздействия. В области теории черта эта выразится в недостатке внимания к конкретной, живой человеческой личности, иначе говоря, в игнорировании проблемы индивидуальности.»
инетересно что такую проблему можно частенько углядеть в современной церкви и в особенности  в её руководителях. Знаю не понаслышке – сам таким был:)

К числу евангельских противоречий можно отнести то, что Иисус говорит «блаженны нищие духом», но Он же – и в самый критический момент, в столкновении с Иудой – говорит «нищие у вас всегда есть, а Я – не всегда» (Мф. 26, 11). Марк делает уточнение: «нищих всегда имеете с собою и, когда захотите, можете им благотворить«. Уточнение, прежде всего, напоминает, что благотворительность появилась не с христианствам, а намного ранее. Выеденного яйца не стоят апологетические повествования с придыханием – какие-де были бессердечные язычники, как они сжигали детей, бросали их со скал, убивали рабов и не рабов. Доброта и сострадание – закон природы, как говорил апостол Павел, он написан не в Евангелии, а в сердце у человека. Потому и удивлялись все тому, что кто-то слабых детей уничтожает, или новорожденных девочек выкидывает на улицу, или бедному не подаёт на жизнь, что это – ненормально в любую эпоху и в любой стране.

Конечно, бывают иногда такие пазухи греха вроде современной России, где человек возмущается тем, что от нищего дурно пахнет, и требует его удалить из города подальше. Но это – результат военной психологии, которая долго сооружалась и поддерживается стараниями многомиллионного «народа». Кстати, православные христиане России – хороший пример того, что доброта и милосердие могут начисто отсутствовать в христианах или, в крайнем случае, принимать какие-то уродливые однобокие формы – как любовь исключительно к людям, лишённым свободы, ума, каких-то частей тела, денег. Греху, впрочем, нет преград на суше и на море, пазухой бессердечия может и вся Церковь стать. В средневековой христианнейшей Европе, и в современных католичестве и протестантизме до ужаса (буквально) много людей, которые говорят добрые слова и которые добры к тем, кто отдаёт себя в их распоряжение, но которые с людьми независимыми держатся либо холуйски-подобострастно, либо высокомерно. Проповедуют доброту, но делают это таким сухим голосом, настолько казённо, что от этих проповедей хочется податься в йоги и посидеть на гвоздях, – всё приятнее бессердечия, которое считает себя добротой. Говорят о покаянии, а сами не могут понять, почему слово «добрый» в современных языках имеет своим синонимом «гуманный», а не «христианский». Причина-то проста: гуманисты, как верующие, так и неверующие, никого не жгли, а христиане-то – которые не гуманисты, а «настоящие церковники» – жгли или, если дров не было, били, издевались над бедняками, детьми, да и взрослыми. И сегодня, лишь только общество ослабит контроль, снова тянут проповедники доброты шаловливые ручонки к чужим подзатылкам и zadniza’м.

Люди структуры, которые пошли на сделку с совестью ради делания добра, добро понимают очень специфически. Они видят в больных, увечных, слабых – бедняков, и возмущаются теми, кто недоволен существованием этих несчастных. А как же, разве не сказал Иисус, что бедняки всегда рядом? Нет! Иисус сказал, что беднякам всегда можно благотворить! Это означает, что бедность – нечто, что может быть компенсировано. Если кошелёк пуст, в него можно положить деньги. Но если кошелька нет – это не бедность, это естественное состояние человека. Граница между естественным и неестественным далеко не всегда так ясна, как кажется многим профессионалам благотворительности. Например, если человека изуродовала оспа, «добрый человек» поможет несчастному, умилённо на него взирая, а гуманист будет сидеть в лаборатории и изобретать такое лекарство, что оспа просто исчезнет как болезнь. Изобрели! Ай, какой ужас: исчезли люди, изувеченные оспой! А может, Бог хотел, чтобы они были?! А вдруг эти ужасные гуманисты сделают так, что исчезнут аутисты, дауны, калеки, шизофреники, параноики, слепые, паралитики? Не обеднеет ли мир?

Не обеднеет! Богатство мира – не в болезнях и несчастьях, а в доброте. Человек, который помогает инвалиду, борется не с бедностью инвалида – инвалид вовсе не бедняк. Он борется с собственной бедностью, с бедностью своих чувств. И правильно делает, только неправильно понимает, что делает. Если исчезнут аутисты, слепые и паралитики, доброта не исчезнет, потому что доброта – не спасательный круг, который бросают утопающим, а сама суть человека. Доброта была в раю и будет в раю, хотя там не будет убогих. Убога та доброта, которая обращена лишь к тем, кто слабее, кто имеет какой-то «недостаток». Почему-то именно в христианстве отстойник для носителей именно такой, сверху вниз направленной доброты. К слабым – с удовольствием, к равным себе – с чёрствостью или даже с озлобленностью, к тем, кто выше – с холуйством (на церковном жаргоне именуется «почитание старшего»).

Помогать беднякам прекрасно, но истинное христианство – в гуманизме, который старается сделать так, чтобы вообще не было бедности. Успешно добивается! Столетиями христиане были добры к тем, кто выжил – а выживал ничтожный процент появлявшихся на свет. Это гуманизм создал цивилизацию, в которой детская смертность во много раз меньше, чем в «добрые» Средние века. При господстве же «христиан» никого не волновало, как относиться к даунам, потому что дауны попросто помирали, едва родившись, и их, по возможности крестив, зарывали от греха подальше.

«Она меня за муки полюбила, а я её за состраданье к ним», – сказано не кем-то, а Отелло, персонажем довольно страшным. Нельзя любить человека ни за муки, ни за состраданье к ним. К инвалиду или умственно отсталому можно быть добрым, но любить его нельзя. Болезнь есть зло, а зло есть зло, любить его недопустимо. Когда же приходит любовь, то это любовь не к «инвалиду», а к человеку, у которого может не быть ноги, а может быть шесть пальцев на руке, – для любви это безразлично. Любовь любит аутиста не потому, что он – аутист, а потому что он – живой. Любовь и камень любит, потому что камень – существует, а значит, в какой-то степени живёт. Мир не обеднеет, если исчезнут бедняки. Рай не там, где изобилуют обделённые. Мир обеднеет, если исчезнут люди, способные любить равных себе и тех, кто сильнее, мудрее, добрее – то есть, прежде всего, любить Бога.

http://www.inosmi.ru/translation/211021.html

начинаю перечитывать эссе Умберто Эко – скоро выложу цитаты